Rockcor N2 (2026) – Интервью. Feanor - Молотом по ушам (короткая версия)
Большие изменения произошли в стане FEANOR за 4 года, что прошли с момента выхода их предыдущего альбома “Of Chosen ex!Running Wild, ex!Digger) из Германии, скрипачка Диана Бончева из Болгарии, гитарист Иви Мартел (ex!Manowar) из Бразилии, а также единственные оставшиеся в строю оригинальные музыканты FEANOR – басист Виктор Густаво Акоста и барабанщик Эмилиано Вакс из Аргентины. Гостей на “Адском молоте” набралось с десяток, среди них есть и бывшие участники группы (вокалист Свен Ди’Анна и гитарист Вальтер Эрнандес), и известные музыканты (экс-мановаровцы Росс Босс и Дэвид Шенкл, а также Пит Зильк из Iron Savior, который помимо записи небольших дополнительных партий ещё и поколдовал над сведением и мастерингом). В общем, есть о чём и о ком поговорить! И мы поговорили – как и в прошлый раз, с основателем и лидером коллектива, бас-гитаристом Густаво Акостой.
- Здравствуй, Гас!
- Привет! Как поживаешь, друг мой? Спасибо, что вышел на связь, очень рад снова с тобой пообщаться!
- Это взаимно! У меня всё в порядке, спасибо! И судя по новому альбому, Feanor тоже в полном порядке, что отрадно! В предыдущий раз мы с тобой обсуждали альбом “Power Of The Chosen One”, и ты тогда сказал, что уже работаешь над композициями для следующего альбома. Однако вместо полноценного альбома чуть позднее в том же году вышел четырёхтрековый EP “Boundless I Am Free”. Почему вместо того, чтобы копить материал для следующего полноформатника, было решено выпустить EP?
- Сначала я бы хотел рассказать небольшую предысторию. Когда мы выпустили альбом “We Are Heavy Metal” (2016) и откатали пару туров с Дэвидом Шенклом, мы c ним отлично сыгрались и решили, что нам стоит сделать совместную запись. И мы её сделали, только вот после её выхода началась пандемия, и, к нашему большому разочарованию, мы оказались лишены возможности поддержать альбом живыми выступлениями. Но такова жизнь. К тому же у Свена, моего вокалиста, возникли проблемы со здоровьем – со спиной – и с женой. Ему пришлось сменить работу и вообще многое поменять в жизни, так что для него оказалось очень сложно дальше продолжать работать в том темпе, который мне нравится. Я же в свою очередь тоже не мог замедлиться – у меня нет возможности ждать по три месяца, чтобы закончить один трек. Мы оказались на разных жизненных этапах. У Дэвида тоже возникли трудности – ему сделали операцию на руке, потом он восстанавливался, потом пришлось делать ещё одну операцию… Так что многие вещи - плюс, конечно, пандемия – не дали нам провести тур, но я хотел, чтобы группа продолжала двигаться вперёд. Альбом был выпущен, и мне не нравилась перспектива пропасть на 4 года до следующего релиза. Вот я и решил выпустить EP. У меня уже был один трек, который я записал в память о своём отце, когда он скончался несколько лет назад. И я помню, что показал этот трек Россу Боссу, и он ему очень понравился, поэтому он записал для меня ритм-гитару, клавиши и соло. Ещё пара песен были в работе. Свен тогда был недоступен, так что я решил найти кого-нибудь из, так сказать, семьи Manowar. В итоге сын Эрика Адамса, Эрик Марулло, спел на паре треков для меня. Он знает всё, что нужно знать о Manowar, мне не пришлось ничего объяснять. И ещё мы сделали пару синглов с Майком Котойя, бывшим вокалистом Ross The Boss. Это тоже человек, которому не нужно было ничего разжёвывать, поскольку он, как и Эрик, хорошо знает этот стиль и понимает, что от него требуется. Я люблю работать с такими вокалистами. Так мы записали синглы и мини-CD, просто чтобы поклонники не заскучали, пока ждут нашего возвращения к концертам.
- Как ты сказал, Свен и Дэвид сейчас выпали из состава группы. Другой гитарист, Уолтер Эрнандес, ведь тоже недавно покинул Feanor. При этом в записи нового альбома “Hellhammer” приняло участие такое число музыкантов, что напрашивается вопрос: Feanor сейчас – это всё!таки группа, у которой есть основной состав, или скорее проект с сессионщиками и гостями?
- Это отличный вопрос. В дополнение к тому, о чём я уже рассказал, у нас возникли и другие проблемы – с экс-гитаристом Уолтером. Дэвид, по сути, хотел быть единственным гитаристом в группе, поскольку он привык делать всё сам. Я объяснил ему, что Feanor всегда были группой с двумя гитаристами и что мне нужен кто-то ещё. Я очень люблю Running Wild, их стиль, их песни. Я пообщался с несколькими гитаристами и в конце концов решил пригласить в группу Тило Херрманна. В 1989-м, после того, как вышел [альбом Manowar] “Kings Of Metal”, Дэвид играл в Германии, а открывала те концерты группа с Тило на гитаре. Так что каждый вечер, когда Manowar выступали в Германии в 1989-м, Тило предварял выступление Дэвида. И у меня возникло такое ощущение, знаешь, как будто звёзды сошлись или что-то в таком духе. Я подумал, что после стольких лет их пути снова пересекутся, теперь как участников Feanor, это же здорово! Тило очень хотел поработать с Дэвидом, так что этот вопрос вроде как был решён, и я начал решать следующий – с вокалистом. Мне нужен такой вокалист, который стал бы частью группы, а не просто сессионными музыкантом. И в какой-то момент Дэвид рассказал мне про Майка, вокалиста из Швеции, и мы начали работать с ним. Но тут у Дэвида опять начались проблемы со здоровьем, и возможности эффективно работать с ним не было, так что я попросил Иви Мартела присоединиться к Feanor, поскольку он долгое время работал с Джоуи ДеМайо и хорошо понимает особенности стиля, звука и всего прочего. Отношения между всеми нами отличные, и альбом мы записывали как настоящая группа, а не музыкальный проект, более того, мы записывали его с мыслью о туре, который, если всё сложится, состоится в 2026 году и пройдёт либо в Европе, либо в Южной Америке.
- Сложно ли было уговорить Тило Херманна присоединиться? Он ведь не был активен последние годы.
- Нет, не очень. Тило действительно давно не играл металл, в последнее время он выступал с кавер-группой в своём родном городе, так что, когда я ему только предложил присоединиться к нам, он не был уверен, хочется ли ему. Но он послушал песни, разузнал о группе, и идея ему понравилась. Оказалось, что после стольких лет, проведённых без студийной работы, у него в голове скопилась куча идей для песен, которые ему хотелось реализоваться. Это был прямо-таки вулкан, готовый проснуться и извергнуть потоки металла, чем мы и воспользовались! (смеётся) Тило записал очень-очень хорошие вещи на этом альбоме.
- Как примерно распределено авторство песен?
- Это очень важный момент, и я как раз говорил об этом с Иви, я сказал ему: “Я не хочу, чтобы ты был просто деталью этой машины, я хочу, чтобы ты был протагонистом, как и все остальные. Мне хочется, чтобы ты не просто сыграл на гитаре, а ещё и обратился к своим чувствам, мыслям, идеям. Я хочу, чтобы все побыли композиторами, чтобы каждый музыкант мог почувствовать, что эти песни – часть него.” Например, Тило собрал свои идеи и позвал Майка в свою студию, и тот прилетел из Швеции в Германию, и там они сделали аран жировки к 4 трекам. В то же время я работал с Иви и Эмилиано над другими идеями. Потом Майк и Тило показали нам, что получилось у них, и Эмилиано начал работать с барабанами, чтобы придать песням нужное чувство, добавить свои фишки, а я начал работать над басом, чтобы он звучал так, как мне нравится; затем мы начали добавлять всякие эффекты, клавиши и так далее. В общем, к главной идее песни каждый музыкант добавляет что-то своё. В целом по авторству у нас получилось где-то 4-5 песен с Тило и Майком, 4-5 моих песен и примерно столько же песен Эмилиано и Иви. Повторюсь – я хотел дать каждому в группе возможность выразить себя, ведь это не соло-проект.
Продолжение читаем в Rockcor N2 (2026). Заказать журнал